Пэрис Джексон, дочь Майкла Джексона, подала новые документы в суд Лос-Анджелеса в среду, 28 октября. Она заявила, что исполнитель наследства Джон Бранка хочет выплатить себе более 100 миллионов долларов всего за два года работы, не представив должного обоснования этой суммы.

По словам Пэрис, Бранка ограничился «дефектными документами» в поддержку такого гонорара. «Это не первый случай, когда исполнитель уклоняется от обязательств по раскрытию информации с помощью неполных документов, — говорится в подаче. — Однако этот случай особенно возмутителен: дефектные документы исполнителя включают запрос на одобрение компенсации более ста миллионов долларов».

В качестве меры за эти нарушения дочь певца просит снизить вознаграждение Бранки с 15 до 10 процентов валового дохода наследства от развлекательной деятельности.

Наследство отреагировало жёстким заявлением, назвав требования Пэрис «бессмысленными» и «абсурдными». По утверждению представителей, Бранка с самого начала отказался от компенсации и получал лишь «отдельную, назначенную судом плату за управление» крайне успешным бизнесом Майкла Джексона. «Мягко говоря, это ходатайство полностью лишено оснований, и оно не строится на фактах», — добавили в заявлении.

Конфликт длится уже несколько месяцев. В ноябре 2025 года Пэрис утверждала, что работа Бранки и соисполнителя Джона Макклейна, включая вышедший байопик о Майкле Джексоне, была направлена на то, чтобы «обогатить и возвысить» их самих, а не помочь семье. Она ссылалась в том числе на то, что актёр Майлз Теллер получил роль Бранки в фильме.

Исполнители тогда ответили, что возражения Пэрис — «глубокая трата времени суда и, как ни иронично, денег наследства». Они указали на задокументированные успехи в бизнесе: наследство прошло путь от примерно 500 миллионов долларов долга до текущей оценки более 2 миллиардов долларов.

В мае Пэрис уже добилась решения в свою пользу: судья постановил, что премии на общую сумму 625 тысяч долларов, выплаченные трём сторонним юридическим фирмам, были неправомерными и должны быть «возвращены наследству». По мнению судьи, крупные суммы «выглядят произвольными» и отражали лишь то, «что мистер Бранка считал уместным».