Японский писатель Рю Мураками ушёл из жизни в возрасте 74 лет. Об этом сообщают СМИ, со ссылкой на автора таких известных работ, как роман «Love and Pop: Topaz II».

Имя Мураками широко известно и за пределами Японии — в том числе благодаря экранизации. Его роман «Love and Pop: Topaz II» лёг в основу фильма 1998 года, который снял Хидэаки Анно — режиссёр, прежде всего знакомый зрителям по культовому аниме-сериалу «Евангелион». Сама картина вышла в том же году, что и публикация сделала книгу заметным явлением: история о подростках и «энжо» — практике свиданий за деньги — вызвала в японском обществе широкий резонанс.

Сотрудничество писателя и режиссёра стало одним из примечательных примеров того, как современная японская проза переходит на экран в авторском прочтении. Анно, известный своим пристальным вниманием к внутреннему состоянию героев, выстроил фильм на стыке игрового кино и экспериментальной формы — и во многом именно роман Мураками дал материалу ту основу, которую критики позднее отмечали как ключевую.

Литературная карьера Рю Мураками началась ещё в студенческие годы и развивалась параллельно с творчеством другого знаменитого носителя той же фамилии — Харуки Мураками. Их часто путают, однако это разные авторы с разной стилистикой: если Харуки тяготеет к сюрреалистической прозе, то Рю известен жёсткими, социальными текстами о современной Японии, её молодёжи, городах и теневых сторонах потребительского общества.

Помимо прозы, Мураками работал и в других жанрах: его тексты становились основой для сценариев, а сам он периодически выступал как режиссёр. Такой разносторонний опыт сделал его фигурой, заметной сразу в нескольких областях японской культуры — от литературы до киноиндустрии.

Новость об уходе писателя вызвала отклики среди читателей и коллег по цеху. Для многих стало поводом вернуться к его книгам и экранизациям — в первую очередь к «Love and Pop: Topaz II» и фильму Анно, которые теперь воспринимаются как связка двух крупных имён японской культуры конца XX века.

Подробности биографического характера и точная дата прощания в первых сообщениях приводились не полностью. Официальные заявления семьи и представителей издателей, по данным на момент публикации, опубликованы не были.