Исследование, основанное на анализе миллионов договоров страхования жилья, выявило, что домовладельцы, несмотря на наличие страховки, продолжают нести существенные финансовые риски. Это связано с условиями договоров, такими как франшизы и лимиты покрытия, которые оставляют часть убытков на ответственности владельца недвижимости.

Проблема «морального риска», когда страховщик не может полностью контролировать действия застрахованного по поддержанию или защите имущества, решается через договорные условия. Франшизы стимулируют домовладельцев принимать меры для снижения рисков повреждения. Авторы исследования количественно оценили стоимость такого подхода, показав, что он обходится страховщикам относительно недорого, но возлагает значительную часть рисков на домовладельцев.

Модель, построенная на основе классической теории морального риска, позволила оценить, как домохозяйства оценивают защиту от риска, каковы прямые издержки морального риска и какой остаточный риск остается у домовладельцев. Оценки показывают, что домохозяйства готовы платить значительные суммы за передачу риска страховщикам, особенно при высокой степени неприятия риска и опасности объекта. При этом прямые издержки морального риска оцениваются как ушёл из жизниенные. Страховщики ограничивают моральный риск через франшизы и лимиты, оставляя часть ответственности на клиентах. В результате, домовладельцы несут ответственность за 29% ожидаемых убытков, несмотря на небольшие прямые издержки морального риска для страховщиков.

Исследование выявило существенные различия между домохозяйствами. Владельцы с более низкими кредитными рейтингами (FICO) демонстрируют большую неприязнь к риску, платят более высокие страховые премии и несут большую долю остаточного риска. Парадоксально, но именно эти домохозяйства, которые могут испытывать наибольшие трудности с покрытием убытков после стихийных бедствий, оказываются наиболее уязвимыми из-за условий своих страховых договоров. Эти закономерности являются корреляциями и могут отражать другие факторы, связанные с кредитным рейтингом, помимо только финансовых ограничений.

Остаточный риск также выше для объектов, подверженных более серьезным катастрофическим рискам. Районы с повышенным риском сильных стихийных бедствий характеризуются тем, что домовладельцы в них сохраняют большую часть риска через свои страховые договоры. Географическое распределение этих показателей также демонстрирует значительные различия, отражая особенности местного риска, характеристики домохозяйств и страховщиков.

Финансовое состояние страховщиков также имеет значение. Компании с более ограниченными финансовыми ресурсами, измеряемыми по коэффициентам достаточности капитала, как правило, страхуют более рискованные объекты и взимают более высокие премии. Однако доля премии за риск в общей премии остается примерно одинаковой, что указывает на то, что более высокие премии не всегда являются следствием увеличения прибыли, а скорее отражают работу с более рискованными объектами и клиентами.

Для проверки корректности оценок морального риска авторы провели валидационные тесты. Например, было установлено, что стоимость морального риска ниже у домовладельцев с меньшим соотношением кредита к стоимости объекта, что соответствует интуиции о более сильных стимулах к поддержанию имущества. Также было отмечено, что в штатах с более строгими требованиями к инспекциям и проверкам стоимость морального риска ниже.

Исследование подчеркивает фундаментальный компромисс в страховании жилья: прямые издержки морального риска невелики, но это достигается за счет переноса значительной части риска на домовладельцев, особенно на наиболее уязвимые группы населения. Эти выводы остаются устойчивыми к различным корректировкам, включая учет риска наводнений и некатастрофических убытков…